?

Log in

No account? Create an account
сова рулит!

Сказка.

Я не умею говорить вструпительные слова. Однако  есть насущная необходимость. Третьего дня я закончила сказку, которую вынашивала и писала почти полгода. И теперь с маниакальным упорством желаю это творение обнародовать. Единственная проблема - это её объём. 26 страниц. Поэтому вывешивать я это буду частями. Знаю, это очень походит на мексиканский сериал. Но мне НАДО. Все совпадения в истории - преднамеренные, все подозрения обоснованные. Текст, буду вешать постепенно и под катом, так что не желающие читать много букв, могут не читать. Остальные - welcome!


  Моё имя – Кир, я – секретарь следственной комиссии в братстве Идущих по следу. Большинство романтически настроенных людей после такого признания начнут презирать меня. Это не имеет значения. Если бы я хотел оправдываться, я бы сказал, что попал в комиссию вовсе не из идейных соображений. Между тем, идейных в братстве много. Большинство. Я же оказался на этой службе исключительно ради житейского удобства. Здесь даже младшим платят хорошее жалование и в придачу кормят. Нормальной человеческой едой. Устав болтаться на задворках жизни, где я оказался после получения диплома, в один прекрасный день я всерьёз задумался о том, чтобы продать себя. К тому моменту я успел понять, что великого философа или искусного ремесленника из меня не получится. С трудом представляя себе ту стезю, на которой меня ждал бы успех и известность, некоторое время я искал «наудачу». Однако все мои попытки оказались бесплодными. Никто не хотел предложить мне работу «на равных» – когда я хорошо работаю, а мне хорошо платят. Почти везде успех и безбедное существование были в перспективе, отделённые от настоящего момента бездной труда, унижения и безденежья. Тогда я постепенно стал мечтать о работе безответственной и спокойной. Жизнь была недобра ко мне – целыми днями я блуждал по городу в поисках заработка. Был репетитором, уборщиком в библиотеке, подмастерьем в сапожной лавке и даже нищим на паперти. Правда, это последнее занятие пришлось мне и вовсе не по душе. Несмотря на гарантированный заработок, роль сирого и убогого быстро надоела. Тем более что настоятель собора, человек неравнодушный к окружающему миру, однажды призвал меня к себе, и с мягким укором указал мне на то, что негоже человеку молодому, сильному и образованному занимать тёплое место на паперти. В ответ я смотрел на него честными глазами бродячей собаки и что-то бормотал о том, что не имею сил и средств для начала достойной карьеры.
  Настоятель, вдохновлённый успехом своей работы, спросил меня хороший ли у меня почерк. Я ответил утвердительно. Тогда он попросил меня написать несколько строк под диктовку. Я удивился, но исполнил его пожелание. За годы вынужденного безделья  я растерял немало ненужных знаний, однако писать не разучился. Настоятель удовлетворённо проглядел лист, заполненный аккуратными чёрными буквами…
  Вечером того же дня мне снова пришлось проходить экзамен по чистописанию и грамматике. Благообразный человек с непримечательным лицом просил меня записывать за ним. При этом он время от времени менял громкость речи, то чётко произнося слова, то начиная их глотать и пережёвывать…
Тут мне очень пригодилась моя академическая школа – привычка конспектировать лекции и доклады, которые весьма часто читались крайне пожилыми преподавателями, многие из которых давно перешагнули грань старческого маразма. Прикусив от напряжённого внимания кончик языка, я послушно скрипел пером по бумаге, заполняя её ровными строчками и чёткими значками.
  А потом мне предложили место секретаря следственной комиссии. Не буду лукавить, был ещё один момент, повлиявший на моё положительное решение. Братство Идущих по следу было весьма уважаемой и едва ли не самой таинственной организацией. Люди, входившие в неё, имели подчёркнуто обыкновенную внешность и отличались заурядностью поведения. Братья не проповедовали свою идею и не призывали под свои знамёна. День за днём они приглядывались к толпе, что обтекала их подобно тому, как поток обтекает камни. Смотрели и слушали. Выбирали. Обычных людей они не трогали. Они охотились только на тех, кто мог бы стать одним из братьев. И на тех, кто был отмечен Даром. Считалось, что одарённые – это источник хлопот. Они вечно не довольны привычной жизнью. В работе, чтобы они не делали, они используют Силу, которая по недосмотру Творца, просочилась с Небес на Землю. А люди простые эту Силу чувствуют, и тянутся к ней. Отчего в душах их начинается ненужное смятение и лишние мысли…
  Ещё совсем недавно за одарённость карали смертью. Теперь за отмеченными Даром просто следили. До поры, как говорили братья…
Впрочем, я не силён в теории. Это не моё дело. Я просто выполняю работу и получаю за неё деньги. А остальное – не важно…
И вот здесь у людей часто вырывается вопрос: «Неужели, тебе всё равно?!!».
  Да, мне всё равно. Так было всегда – происходящее вокруг редко интересует меня. В детстве я никогда не понимал, какое дело моей матери до того, из за чего опять подрались в доме напротив… И какой прок убиваться из-за того, что у соседки украли деньги на базаре…
Не надо, не говорите мне, что я холодный и равнодушный. Мне просто всё равно….И по сути – в этом я ничем не отличаюсь от обычного человека. Большинству обычных людей – всё равно…
  Работая с большим количеством бумаг, я обнаружил за собой странное пристрастие к аккуратности и порядку. Раньше я никогда не обращал на это внимания. Ни будучи студентом, ни тем более, сидя на паперти собора…
Странно, иногда, когда я перебираю доверенные мне листы, и проверяю, всё ли в порядке и на своих местах, у меня появляется ощущение, что я ищу Правду…
 
  Шаги и бесшумно открывшаяся дверь вывели меня из задумчивости. Брат Мара, мой начальник и благодетель терпеть не мог скрипящих дверей. Посему младшие старательно следили за петлями и замками. Вошедший был человеком не старым, едва ли ему было больше 35 зим. Кроме того, в отличие от большинства Идущих он имел заметную внешность и был красив. Брат Мара посмотрел на меня, и удовлетворённо кивнул. Это могло быть одновременно и приветствием, и просто знаком того, что всё на месте и работу можно было начинать… Звякнул глухой бронзовый колокольчик…
Через несколько минут в комнату в сопровождении младших братьев вошла рыжая дева.  Стараясь не оглядываться вокруг, она сделала несколько шагов вперёд и остановилась. Я подумал, что она ещё слишком молода и глупа, чтобы бояться. Брат Мара знаком показал ей подойти ближе и стать напротив его стола. Я приготовился писать…
- Моё имя Аста Аргента -  голос у девы был тоже на удивление спокойный.
- Чем ты занимаешься?
- День за днём добываю хлеб насущный… - ответ получился почти наглый. Дева немного помолчала и добавила: - Приторговываю целебными травами. У меня есть разрешение Гильдии Аптекарей, и многие из уважаемых городских аптекарей – мои покупатели.
Брат Мара едва заметно кивал, и смотрел выжидающе. Он не задавал вопроса, но было ощущение, что оба они знают, о чём он должен спросить. Повисло короткое молчание. Девчонка переступила с ноги на ногу, вздохнула и произнесла:
- Я – Одарённая. Впрочем, это определение вам наверняка не подойдёт…
Брат Мара в ответ просто кивнул. Несмотря на то, что между собой Идущие по следу использовали это слово, говоря о своих «подопечных», однако в протоколах его никогда не писали… Рыжая пожала плечами, и так же спокойно сказала:
- Тогда пишите, как хотите. Впрочем, может «чародейка» подойдёт?
- Очень возвышенно…
- Ворожея?
- Слишком расплывчато.
- Волшебница?
-Ты что думаешь, у нас здесь сказки пишут?
-Колдунья? – дева едва заметно скривилась.
-А вот это уже ближе к истине! Так и запишем…
- Подождите, мне это не нравится!
- Истина вам не нравится?!
- Вы тут, похоже, из меня собираетесь злодейку сделать!
- А разве нет? – брат Мара нехорошо прищурился.
- Докажите!

  Я поднял глаза от протокола и мельком посмотрел на рыжую. Она оказалась гораздо старше, чем мне показалось при первом взгляде. Скорее всего, она уже перешагнула ступень совершеннолетия. Впрочем, определить истинный возраст Одарённого – задача непростая. Среди них есть и такие, кто вроде бы живут не по одному столетию. Впрочем, я пока таких не видел… Причин тут две – первая – таких среди живущих очень немного, а вторая в том, что чем старше Одарённый, тем больше его Сила. Старшие и знающие отлично умеют прятаться от Идущих, и редко попадают в наше ведомство…
Подобное начало разговора – это всего лишь «проба сил». Среди Одарённых встречаются разные люди. Но большинство из них – натуры сильные, особенно перед лицом опасности… Впрочем, мой собственных опыт научил меня, что «сила» и «слабость» понятия весьма относительные…

  Тем временем брат Мара продолжил задавать вопросы.
- Назовите хотя бы одного аптекаря из тех, кто покупает у вас травы и зелья…
-Я не торгую зельями! И не занимаюсь колдовством!
-Эта бумага утверждает обратное – аптекарь Тагир в ней показывает, что вы не однократно продавали ему травы и зелья!
- Тагир Собачье Лихо скупердяй и маразматик! Он умудрялся обсчитывать и сбивать цену даже когда вёл дела с моей старой наставницей, да дарует ей Творец лёгкий путь через Врата! Когда моей хозяйки, Горбатой Грит не стало, этот старикан решил, что теперь травы и коренья ему будут и вовсе задарма доставаться!
Вспышка гнева была ослепительной, но короткой. Дева взяла себя в руки, медленно выдохнула и завязала узелок на одной из ниток пояска…
Я отметил эту деталь, но тут же забыл о ней…
-Вы знаете аптекаря Тауруса Бата? – спросила дева, немного помолчав. Брат Мара чуть наморщил лоб и снова спросил:
-Это тот, чья лавка у Западных ворот сгорела в позапрошлом году?
-Да, это он. Теперь он перебрался к Рыбному рынку. Он весьма уважаем в Гильдии, и может подтвердить, что я не торгую ничем, кроме трав…
Далее последовала череда вопросов о том, кто были ее родители, и как дева оказалась у Горбатой Грит. Я слушал и записывал. Оказалось, что про родителей своих Аста не помнит, она жила у Грит, и что покойная наставница редко была к ней добра. Однако никогда не отказывала воспитаннице в куске хлеба и по мере сил обучала её ремеслу знахарки.
  Позже, работая в архиве в поисках дополнительных сведений в интересах дела, я прочитал в пожелтевших от времени протоколах, что Грит двадцать лет находилась под следствием по обвинению в колдовстве. Однако по неизвестной причине (в бумагах было написано, что за недостатком доказательств), дело было закрыто. И именно тогда её стали называть Горбатой… Формула «за недостатком доказательств» в те времена была редкостью. Обычно все истории Одарённых заканчивались смертным приговором. Если же кого-то отпускали, это означало, что подозреваемый согласился сотрудничать с Братьями, или за него заступился кто-то высокорождённый. Конечно же в деле Грит не было указано какая из двух причин спасла ей жизнь… Впрочем, высокорождённые редко просили за еретиков – для Идущих по следу сословие не было преградой, и только очень влиятельные люди могли рискнуть подобным заступничеством.

Comments

Хочется детальное описание мира и технологий в нём. Интересно, почему года считают по зимам? :) Выложишь потом полный текст? (=
Ну какие технологии в уважающем себя средневековье? Ветряные мельницы и иже с ними... )
Идет времен за кругом круг,
Охоты, бегства и падений,
Опять надежный рядом друг,
Немало было вместе воплощений.

Опять надежда, память и борьба,
Опять враги - опять свои же,
И тенью в небе кружится беда,
А вы не тени, звезды, слышишь!

Но сотню раз уже тропу прошли,
Быть может это уже много?
Три раза уж Грааль нашли,
Куда ведет же нас дорога?